Варлам Шаламов

Последние обновления раздела


  • Елена Захарова Выступление на конференции «Судьба и творчество Варлама Шаламова в контексте мировой литературы и советской истории» 16 июня 2011 года

  • «Внутри этой чудовищной скрюченной, дергающейся, почти немой оболочки, находившейся в чудовищных условиях, был живой, страдающий, гениальный человек. Всеми забытый в доме скорби. И занимаясь научными изысканиями, наверное, нельзя об этом забывать, тем более что, ещё раз хочу подчеркнуть: всё это было совсем недавно».


  • Ирина Емельянова Неизвестные страницы Варлама Шаламова или История одного «поступления» (2011)

  • «“Я напишу, — сказал Варлам Тихонович. — А вы перепечатайте, и пусть она в понедельник отнесет. Пусть добавит что-нибудь из Маркса — для проходимости...” И он написал для меня эссе о Хемингуэе как мастере новеллы. Быть может, он и приспосабливался к менталитету вчерашней ученицы, «писал по-школьному», как можно популярней, упрощал свои мысли, но тем не менее даже здесь содержится набросок того, чего он касался и в своих письмах, и в статьях, о чем постоянно думал как писатель — в чем искусство новеллы, секрет ее построения. Ведь это была его тема — тайна рассказа, его нарративного механизма».


  • Ирина Сиротинская Несколько его архивов

  • «Архив человека — это не мертвая куча старых бумаг, это след его судьбы, его попытки осмыслить мир и свою жизнь, его любви и дружбы. Теплое чувство испытываешь, перебирая бумаги, они хранят память — сопротивление смерти, исчезновению, забвению».


  • Андрей Рубанов Варлам Шаламов как зеркало русского капитализма (2011)

  • «Семнадцать лет лагерей и десятилетия работы «в стол» не сломали, разумеется, Шаламова, но превратили его в стоика. В человека, нетерпимого к малейшим намекам на фальшь, неискренность, жажду мирских благ. Следует повторить: упреки недопустимы, применять к судьбе Варлама Шаламова обычные критерии — значит, ничего не понимать в истории России и ее литературы».


  • Вячеслав Иванов Поэзия Шаламова

  • Поскольку я был многообразно связан с творчеством Шаламова и с ним самим, я в какой-то степени буду выступать не только в роли учёного, анализирующего Шаламова, но и одновременно просто буду говорить как человек, который его знал и рано познакомился с его творчеством, в частности со стихами.


  • Михаил Михеев Множество повествователей Варлама Шаламова

  • «Внешний (экстра-диегетический, “объективный”, при Er-Erzaehlung) повествователь ведет рассказ, не обсуждая и не упоминая того, кто всё рассказывает, а повествователь внутренний (диегетический, или субъективный, при Ich-Erzaehlung) еще и сам материально присутствует в тексте, что-то читателю сообщая о самом себе (и о первичном, вторичном или каком угодно рассказчике, если есть еще и таковой, когда они различаются). Эта информация просачивается либо из метатекста, автокомментариев, входя как эго-текст, либо вводится кем-то из действующих лиц путем обращения к тому, кто в речи от автора поименован местоимением 1-го л. ед. числа. – С этой стороны Ich-Erzaehlung выглядит сложнее, чем Er-Erzaehlung, повествовать от “я” сложнее, чем если об этом “я” ничего не говорить».


  • Валерий Есипов Варлам Шаламов — болельщик

  • «Его жизнь в столице в 1924-1929 годах, до первого ареста, была необычайно насыщенной и делилась главным образом, как он писал, между литературой и общественными сражениями. И все же иногда страсть к спорту, страсть болельщика перевешивала все остальное. В 1925 году он присутствовал на знаменитом шахматном турнире с участием Х.Р. Капабланки. Об этом, с интересными подробностями, Шаламов вспоминал даже в дневнике 1970-х годов».


  • Роберт Чандлер Варлам Шаламов и Андрей Федорович Платонов (2002)

  • «Шаламов и Платонов описывают миры, в которых чрезывычайная степень жестокости представляется вполне обыкновенной. Во всех других отношениях, однако, эти два крупных писателя противоположны друг другу. В то время, как Платонов раскрывает читателю тело и душу своих персонажей во всей их глубине, Шаламов изображает своих героев со стороны».


  • Илья Смирнов Судьба и творчество Варлама Шаламова в контексте мировой литературы и советской истории (2011)

  • «В свободное от сомнений время “скептики” создали, несомненно, замечательный портал, который стал не только коллективным пропагандистом творчества писателя, но также коллективным организатором исследований и общественных инициатив. В том числе — нынешней конференции, собравшей историков и филологов из 9 стран. И сборника, подготовленного как раз к ее открытию».


  • Михаил Левин Варлам Шаламов. Воспоминания лечащего врача (2007)

  • «Шёл 1978 год. Я – врач-невропатолог 67-ой городской больницы города Москвы замещал ушедшего в отпуск заведующего неврологическим отделением доктора Бориса Захаровича Карасина. Принимаю доклад медицинского персонала и врачей на утреннем рапорте о поступивших больных. За ночь их привозили немало. Среди новеньких прозвучало какое-то необычное для слуха москвичей имя – Варлам Тихонович Шаламов. Кроме необычно звучащего имени, ничего больше оно мне не говорило. По распределению больных на летучке вести его досталось мне».


  • Людмила Зайвая Воспоминания о Шаламове

  • «А в то время я работала директором клуба книголюбов “Эврика”. Там собирались читатели, писатели, шли разговоры. Среди тех, с кем я общалась, был Юлий Анатольевич Шрейдер, кандидат физико-математических наук (это было в году 76-м), сейчас-то он академик. Я обратилась к Шрейдеру с просьбой, чтобы он мне помог устроить в дом инвалидов одну старенькую питерскую писательницу. А он говорит: “У меня самого есть один писатель, которого я никак не могу никуда пристроить”. Я спрашиваю: “А кто это?” “Да ты его не знаешь. Это Варлам Шаламов”. Это был конец 77-го года, мне было 38 тогда».


  • Лариса Анпилова «Портрет Шаламова» работы И.Н. Хегая

  • «Воссоздавая внешний облик В.Т. Шаламова, И.Н. Хегай тяготеет к пластичности изображения. Высокий рельеф живописи, выразительность объемной формы способствуют убедительной передаче трагичности образа Шаламова, придают портрету особую психологическую глубину и напряженность. “Портрет Шаламова” работы И.Н. Хегая – не просто портрет в традиционном смысле слова, это тематическая картина, в которой художник апеллирует ко всему творчеству В.Т. Шаламова».


  • Елена Михайлик Не отражается и не отбрасывает тени: «закрытое» общество и лагерная литература

  • «Создается впечатление, что основная аудитория лагерной литературы не желает не только полемизировать, но и вообще сталкиваться со сколь угодно косвенно выраженным утверждением, что общество, частью которого она является, выпало из истории и растеряло остатки социальных связей, а сама она нуждается в этической и социальной эволюции».


  • Ирина Сиротинская Викинг колымского ада

  • «Солженицын не может его простить до сих пор, что он ему не дал «Колымских рассказов». Солженицын хотел их включить в “Архипелаг ГУЛАГ”. Шаламов отказался. Великий писатель кровью, жизнью заплатил за то, чтобы это написать, — и вдруг отдать. У них были очень плохие отношения. В РГАЛИ у нас есть сборник “Встречи с прошлым”, где печатаются неопубликованные вещи писателей. Солженицын очень любил этот сборник, а тут я дала туда кусок из Варлама. И Солженицын, который отдал нам свой архив на сохранение, и мы его сохранили, отказался писать предисловие».


  • Ирина Сиротинская Варлам Шаламов: миссия пророка не по плечу никому

  • «Своим искусством он преодолевал зло – мировое зло. Он не зря говорил, что символы зла – это Освенцим, Хиросима и Колыма... И думал только о том, чтобы оставить свою зарубку – как в лесу делают зарубки, чтобы не заблудиться. На память о том, что при определенных условиях человек может абсолютно отречься от добра и превратиться в безропотного, бессловесного… подопытного кролика. На память всему человечеству».